РЕНЕССАНС «НАСТОЯЩЕГО» МУЖЧИНЫ

РЕНЕССАНС «НАСТОЯЩЕГО» МУЖЧИНЫ

Последняя премия GQ «Мужчина года» (США) — это торжество брутальных, олдскульных, +/– 50 мужчин, чей образ так же далек от метросексуальности, как, например… ну, ладно, как имидж Дональда Трампа. Мировая пресса пишет: «Альфа-самцы возвращаются». И пресса — да, права: хипстеры, хиппи и прочие «цветы» вышли из моды. Как мужчине 50+ выжить в XXI веке?
Вот смотрите, этот мужчина, допустим, кое в чем состоялся. У него есть какие-то претензии, запросы. Свои конкретные представления о добре, зле, сиськах, ботинках. В принципе, он горд собой, хоть и не без паники на тему убывающей мужской дерзости.
И вдруг — о ужас! — бабы не дают. Не то чтобы все подряд, конечно. «Бабы», которые моложе хоть лет на десять (идеально — на двадцать). Трофейные. Награда усталому путнику.
Пока тебе 30, ровесницы — нет, не смущают. Они и сами ничего (правда, замуж лезут, но тут просто: надо самому быть заранее женатым, «жена — не стена»). Если мужчине — 42, а женщине — 35, и тут разница в возрасте не очень заметна («тридцать пять — баба ягодка опять»).
Но если мужчина ближе к пятидесяти, то ровесницы — они ближе к шестидесяти. Так думает хрестоматийный мужчина +/– (скорее, плюс) 50. Ладно, он, может, сам не виноват, его так научили. И женщины в том числе. Женщина его возраста, она уже в 25 считала, что ей 39 по особенному женскому календарю.
А современными женщинам, которым 20–35, «сладкие папочки» неинтересны. Не всем, конечно. Но многим. Девушки стали такие, что хотят работать, а не висеть на шее у гмм… опытного мужчины. Юные прелестницы делают свои стартапы, секс получают по Тиндеру. В 36 управляют миром и всякие советы и подарки не хотят, они и сами посоветуют, сами подарят — мало не покажется.
И очень важный момент — с этими женщинами мужчина 50+ никогда не сможет быть самим собой.
Когда один знакомый (старше на 15 лет) сказал «хачи» — я чуть со стула не упала. В моем лексиконе «лица кавказской национальности» — они, понимаете, армяне, грузины, дагестанцы. Азиаты тоже не «звери», а таджики, узбеки, киргизы.
Для него все скопом — «хачики» (и да, евреи — «жиды»). А чо такого? Африканцы — разумеется, «негры». Геи — «голубые». Ну и женщины — «телки», само собой.

Разрыв поколений

mujchina
Модное в 80-х понятие generation gap (англ. — «разрыв поколений») снова актуально как никогда. Для женщины 35 лет мужчина лет 50 — это человек 70 лет от роду. У него разум там, в диких 70-х, когда женщины были добрыми, а мужчины — щедрыми.
«Если ты вообще со мной хочешь общаться, я слова «хачи» слышать не должна», — сказала я тогда. И это — жертва мужчины 50+ за секс с женщиной младше на 15.
Мы где-то там, в будущем. Они в прошлом, со своими установками, предрассудками, предубеждениями. Со своим мировоззрением, которое из нашего будущего кажется уродливым, а в их времени — нормальным.
Все эти мужчины голосовали за Дональда Трампа (или бурно радовались его победе). Это их президент. Очень-очень «мужской» президент. Он тоже против «хачей», «педиков», и он выбирает трофеи «славянского происхождения», что, извините, очень близко по значению к шаблону «жена по каталогу». Он свой. Классический. Мужлан.
Не зря же слово месяца — «реднеки». Которые, типа, и отдали голоса, сердца и бензопилы за Дональда.
Лет двадцать назад не было большой разницы между «деревенщиной» и «настоящим мужчиной» — у них на всех была одна, своя мужская ментальность. Хоть у тебя в багаже пять классов начальной школы, хоть Гарвард — ты все равно как мужчина имел такие же представления о жизни, что и все другие люди с членом.
«И что, это хорошо, что сидят педики и целуются?» — с отвращением спрашивает меня один друг, миллионер 50 лет с прекрасным техническим образованием — Бауманский институт (мы находимся в Берлине, в кафе с радужным флагом).
Он так отлично выглядит, прекрасно одевается, он очень вежливый и, не побоюсь этого слова, галантный. Но, увы, мне с ним больше не о чем говорить. Он, этот мужчина, прямо какой-то реднек. А ведь лет двадцать назад я бы это замяла. И не потому, что мне самой было 20 , а потому, что была другая среда, благополучная для таких воззрений.
Но прямо сейчас, в прямом эфире, происходит реставрация «настоящих мужиков». Хипстеры официально закончились. Все, поколение себя изжило. Еще максимум год — и не будет никаких хипстеров нигде.
Следующие за ними, те, кому от 16 и старше, — они кто? Они — пацаны. Персонажи Гая Ричи, выползшие с экрана. Сейчас в моде гопники. Реальные парни, lads (lad — это что-то вроде пацана: не совсем быдло, но и не «молодой человек»). Если сам Гай — просто «настоящий мужик», то уже его сын, Рокко, выглядит как чав (английский гопник, аналог реднека).
Самые модные мужчины — это люмпены от дизайнера Гоши Рубчинского. Спортивные костюмы, лысина, выражение лица «сиги есть?». Городские окраины, безысходность, abibas. Такие тренды в мужской моде. Даже самое-самое актуальное модельное агентство так и называется — «Люмпен».
Те самые деревенщины, которые голосовали за Трампа, уже какое-то время на острие. Мужчинам захотелось стать брутальными и «настоящими». Им захотелось «называть вещи своими именами».
Внезапно эта ментальность мужчин 50+ вернулась. Она — модная. Трамп — так, вершина ледника, апофегей. Был запрос — он ответ.
50 — новые 40. То есть это многочисленное активное, работающее поколение. Это поколение обвинили в шовинизме, сексизме, гомофобии, ксенофобии. Да, правильно обвинили, такие они и есть. Но их много. Слишком много, чтобы их возражения ничего не значили. И вот сейчас они будто поняли: черт, нам же еще лет 20 как минимум жить насыщенной жизнью (Трамп в свои 70 получил весь мир). Так какого черта мы будем все это терпеть? Почему эти парни в рейтузах и эти лысые девочки делают вид, что мы замшелые лохи?
Кому вообще нужны лысые девочки, если есть Мелания Трамп, которая «трофейная», пусть ей и 46? Да, прогресс в том, что если тебе 46, ты все еще лакомая штучка — если вписываешься в параметры красивой, доброй, заботливой. Это, честно, прорыв. Даже если и потому, что среди тех, кому 20, трофейных больше не делают.
Мужчины хотят выглядеть как мужчины. Хотят вести себя как мужчины. Хотят забить к чертовой матери на всю эту толерантность. Хотят платить за телок в ресторанах, а потом их танцевать. Молодые хотят пить в пабе пиво, общаться с отцами, учиться у них жизни, зависать в гараже. Они не мечтают о такой подруге, как суперзвезда Мадонна — психопатке, которая хочет все контролировать. Они желают милую и добрую красавицу, которая хочет от них детей (девушка Рокко Ричи похожа на его мачеху, милую и нежную «трофейную» жену Гая).
Наверное, если кто и интересуется «опытными» мужчинами, так это мальчики от 15 до 20 лет. Они хотят знаний о жизни, которые выглядят для них привлекательно. Они хотят понять, как быть мужчиной, а не Вуди Алленом. Вдруг возникла эта преемственность через поколение. Те, которым сейчас 32, их девушки кормят с ложечки (видела своими глазами). Те, которым сейчас 18, они хотят кусать от бараньей ноги, зажатой в кулаке, им хочется немного «старой школы», потому что новая — для нытиков и невротиков.
Хоть лично я и не люблю «настоящих» мужчин (тяжело с ними), но есть прелесть в этих движениях воздуха. Ты что-то там думаешь, споришь, настаиваешь, но существует ход времени, темп истории, и они сильнее тебя. «Настоящие» мужчины реабилитировались — значит, в этом есть скрытый смысл.
Правда, есть одна вещь, которую никакие мужчины уже не смогут изменить, — это женщины. Игры в доминантность прекрасны, если добровольны.
Вот как в одном сериале, где молодую девушку ее бойфренд посылает за коктейлями («детка, а ну-ка давай, сдвинь задницу, принеси нам выпить») и она покорно идет к бару. А подруга, женщина постарше, удивляется – мол, почему он тобой помыкает? А та отвечает: потому что я так хочу.
Это новое время: девушки разрешают мужчине быть «настоящими» лишь потому, что им это нравится. А не потому, что у них нет выбора. Об этом не стоит забывать, играя мускулами и делая резкие заявления, — чтобы потом не испытать боль разочарования. Опять.